Мы — Вселенная
- 6 дек. 2016 г.
- 2 мин. чтения
О «Хорошем мальчике» не слышал, наверное, только ленивый, а не написал уж подавно. Обласканный овациями «Кинотавра», восхваленный Долиным, дебютный фильм Оксаны Карас для России случай практически уникальный в своем роде.

Забегая вперед, вот вам тавтология: «Хороший мальчик» — это очень хорошее кино о взрослении. У нас много замечательных фильмов о тяжелом детстве на фоне слякотных российских пейзажей, а забавных картин о знакомых всем подростковых трудностях, которые, впрочем, обязательно разрешимы, катастрофически не хватает. Кому-то может показаться, что для наших реалий фильм слегка прилизанный и идеализированный, но не надо обманываться: при всей кокетливой обертке это история про нашу настоящую реальность, в которой легко узнать обычные российские будни (ну в какой еще, спрашивается, школе ученицы пытаются танцевать дэнсхолл, отмахиваясь от учительницы тем, что это «народный ямайский танец»?). Как человек, чьи воспоминания о школьных годах не выветрились еще из памяти, могу смело сказать: да, школы у нас именно такие, если смотреть на них сквозь призму юмора.
Сюжет донельзя прост, что не умаляет его обаяния. Старшеклассник Коля Смирнов влюбляется в молодую учительницу английского, а в старшеклассника Колю влюбляется его одноклассница Ксюша. Где-то на заднем плане кто-то поджег пристройку с новыми компьютерами, а по городу бегает «маньяк», поливающий людей мочой. И, конечно, как водится, Коля — в центре событий, постоянно попадая в нелепые и неловкие ситуации, попутно пытаясь наладить отношения со своим чудаковатым отцом.
«Хороший мальчик» — это очень искреннее и честное кино не только о подростках и школе, но и о человеческих проблемах (и о человечности) вообще. Здесь говорят о сложных вещах самым простым языком, и это подкупает. Карас, как новичку, позволяется многое — и затащить в проект Хабенского и Ефремова, и играться с отсылками к голливудской «Одержимости», и выдавать слегка похабные шутки. Кстати, Хабенский в комедийной роли чудо как хорош, да и где еще его увидишь с такими шикарными усами? Главная звезда здесь, впрочем, Трескунов — играет он так живо, что в какой-то момент забываешь, что он — актер, и начинаешь видеть только персонажа. Пейзажи Москвы в сочных красках, знакомые со времен своей школы типажи, образные детали, играющие на общую атмосферу, операторская работа, которая временами (не побоюсь этого сравнения!) отсылает своей эстетикой к «Мамочке» Долана и обязательные общие танцы под Полину Гагарину в финале — все это и есть «Хороший мальчик», который не должен, но обязан обозначить в нашем кинематографе какой-то новый виток. Хороший, разумеется.




























Комментарии